Год 1994…В моем блокнотике она числилась как Анька-пианино. Люблю знаете ли ассоциативные записи из серии – прочитай и хер проссышь почему. Нет у нее не было музыкального слуха, она не умела играть на инструментах, она просто была тощая как падла и ее костяшки, при очередном нашем романтическом перепихоне, очень музыкально отбивали мне мудя, напоминая мне о ней через день синяками, похожими на две клавиши рояля.

Но было при этом в Ане одно замечательное качество – она работала в ресторане – администратором. И мне, только что вернувшимуся с армии распиздяю, которого тогда брали в лучше случае подсобником – очень помогало ее вечерне меню – «точкани, что не продалось в ресторане», ощущаешь знаешь ли, себя этаким баловнем судьбы, вкушающим прелестное барбекю из сочной титьки кабана под соусом «охуенькишь с грибами».

Да, было в этом что-то от альфонса, но скажи мне, разве ты не мечтал в свои 20 лет о девке, которая бы тебя хотела как тигрица и готова была отдаться прямо на лавочке в парке, а потом еще и кормила тебя вкусным хавчиком, приговаривая «покушай покушай, мой злостный ебака, силы тебе еще пригодятся….»
Ну наверно хватит о меде, я же понимаю, что на этом моменте ты уже просто охуел от того, как я классно устроился, была в этой истории еще и пиздецки большая ложка дегтя. О ее неебаца тощем теле я рассказал, но ее соски толщиной с мой большой палец тоже никто не отменял, при этом ее сиськи были размером минус 2 наверное, они реально росли у нее внутрь. И иногда мне казалось, что неведомый волшебный портной, привязал их изнутри тела к спине, отчего они при моих возвратно поступательных движениях втягивались в тело и мне приходилось ее начинать жарить до того, как она успевала снять лифчик иначе мой богатырь, не хотел выходить из заставы на дежурство. Правда на лицо она была очень даже симпатична, но сам понимаешь, не будешь же ты ее чпокать в лицо постоянно.

Все было хорошо, пока я был сверху, и мог смотреть по сторонам, наблюдая как две птички не имея проблем с антисиськами делали новых птичек, умудряясь попердывать жидким на машины стоящие под деревом, а я представлял в этот момент, что чпокаю не скелетона из рекламы йогуртов а самую настоящую Сабрину или Памеллу мать ее Андерсон. Но проблемы были из-за того, что это Анька-пианино, любила доить меня сидя сверху и ее титичные перста скакали в разные стороны, напоминая мне лицо Громозеки из мультфильма про Алису из космоса, Алисе бы я конечно хотел присунуть, но ебало Громозеки может вызвать эротические фантазии только у конченных извращенцев. Спасали меня только молодость и нереализованное желание поебстись, которое еще не отпустило после дембеля. Само собой Аньке, я об этом не говорил, говоря, что у нее самое прекрасное тело и вообще она охуенна.

Ну что сделаешь, все мы не без недостатков, у меня например одно яйцо больше другого и хер с горбинкой, может это тоже не всем нравилось, но сука, однажды случилось то, после чего я чуть не стал ужасным импотентом или точнее сказать импотентом от ужаса…
Я готовил себя к нехреновым серединоавгустовским выходным – удалось достать путевку на на базу отдыха, куда кроме меня, Аньки-Пианино, собирались поехать также мой друг и собутыльник Макарон, со своей неизменной пассией Алей, которая несмотря на ее восточные корни очень любила точкануть свинину и набухаться в хлам. Короче супер выходные в супер компании.

Приехали, заселились – в типовой фанерный домик, четыре панцирных кровати, проссанные матрсы, облеванные поколениями отдыхающих подушки и холодильник с неизменно забытым в нем майонезом. Но самое главное, у нас был типа VIP-домик. Ведь около него был мангал на трех ногах и столик с двумя лавками и самое главное - первая линия от озера, чем мы с макароном, воспользовались сразу по приезду, высосав первый флакон водки не выходя из воды, пока наши девочки готовились к цивильному приему пищи. Мы же с макароном играли в игру – кто выше выпрыгнет из воды с голой писькой и смутит девченок, но они были уже привычные и смущаться не хотели, лишь изредка обзывая нас придурками.

Когда мы вышли из озера, Девочки уже тоже приговорили картонный литровый пак молдавского винища и весело готовили салатики. Мы же с Макароном готовились к жарке шашлыков и собирали дрова, переодически заходя к девченкам с тыла с зажатыми бревнами между ног, пугая их импровизированными деривянными мега хуями.

Ну суть да дело, я думаю все пьянки начинаются одинаково, не буду утомлять тебя тостами и прочими атрибутами довечернего накачивания бухлом. Просто скажу, что где-то ближе к середине пьянки Анька-Пианино, сказала мне что меня ожидает сюрприз. «Охуеть» - подумал я, «похоже сегодня наконец-то будут анусные войны» - единственное что приходило в мой мозг. Ведь несмотря на свою любовь к процессу чпоки-поки, Анька до сих пор отказывала мне в путешествии в Задний Новгород.
Стемнело и Макарон по нашей договернности об очередности, потащил свою Алю чпокаться в домик, а мы с Анькой должны были в это время созерцать звезды и ссать в уши друг-друга всякую романтическую хрень. Но, так должно было быть, случилось же все по-другому…. Только макарон закрыл дверь изнутри, как Анька включив на кассетнике медляк, сказала «А сейчас сюрприз». И тут начался…стриптиз. Ну видел я стриптиз, но когда девченка с которой ты мутишь танцует его для тебя, ты же понимаешь в штанах реально начинает шевелиться, даже несмотря на тощасть фигуры Аньки-пианино…

….Она уже залезла на стол оставшись только в купальнике и сексуально облизывала свои пальчуки, переодически засовывая их себе в линию биккини…И тут случилось…только представь, что это происходило очень быстро, ну секунды три…Она снимает лифчик, упирается своими антититями ко мне в мое благородное лицо, а под ним на меня смотрят глаза громозеки, но…СУКА ОНИ ПРОКОЛОТЫ КОЛЬЦАМИ… «А вот и сюрприз, правда классно, я сделала пирсинг» - пролепетала Анюта….первая волна подкатила к моему горлу как только я это увидел и я ее сдержал. По после слова «П-ииииии-рсинг», я блеванул прямо в ебало Грамозеке, я сука не мог удержаться, настолько это было ужасно.
Со словами «Че то мне плохо», я убежал к озеру, еще долго меня поласкало, в этот день пришлось изображать из себя перепившего мудака, который траванулся водярой, лишь бы избежать перепихона. Аня, так и не поняла, что Громозека с пирсингом – это жестоко, за что ей на следующий вечер при поездке домой, было объявлено, что я уезжаю на вахту бурильщиком на север. Макарон, которму все было рассказано в красках, еле скрывая улыбку все это подтвердил. Вот такой, оказался последний аккорд Аньки-пианино…а на горизонте у меня уже была Настюха-авторозжиг, но об этом позднее…

(с)Собакаака