Лагерь у моря часть 28. Рут Алисы. Выбрана "обсерватория".

Часть 21 Часть 23 Часть 26
Часть 27


Как же замечательно, идти в окружении трех таких солнышек. В такие моменты, как никогда хочется, чтобы вот это вот, счастливое мгновение – длилось вечно. А почему бы и да? Вечность нет, но продлить удовольствие вполне реально.
-Шифт.

Время застыло. А вместе с ним, и три мои прекрасные спутницы, я же, просто смотрел, смотрел, запечатлевая в память каждую деталь. Рано или поздно – смена кончиться, и они все уедут. Разве что Алиску, я попытаюсь забрать с собой. Но ещё не факт, что она согласиться связать свою судьбу, с таким человеком. И, даже если когда-нибудь, когда я снова буду сидеть один, глядя на снег и холод за окном, эти воспоминания, будут моим теплом.

Славя, такая активная, такая яркая, слово красивая, к ней, звучит просто бледно. Прекрасная, да, это подходит лучше. Облаченная в свой спортивный костюм, с обтягивающим топиком, она казалась скульптурой, шедевром, а не просто девушкой, из плоти и крови. Шифт поймал момент, когда Славя делала шаг вперед, сила, грация, сверкающая первозданной красотой атлетка, чьи золотые волосы сияли, в лучах утреннего солнца. Ульяна, этот рыжий комок энергии в майке и шортиках, так и хочется потискать, погладить, поиграть с ней, ещё совсем юная, но уже страшно представить, насколько она будет великолепна, года эдак через три. Ульянка застыла в момент, когда поворачивала голову, ясные, пронзительно синие глаза, с детской непосредственностью осматривали окружающий мир. И, он в них, отражался чистым, как и нетронутая пороком и цинизмом, душа Ульянки. Алиса. В мастерке и спортивках, на первый взгляд типичная пацанка. Но если смотреть глубже, там, за показной активностью, или даже агрессией, кроется ранимое и нежное сердце. Наверное, не лишено смысла мнение, что противоположности притягиваются. Иначе как объяснить наши с ней отношения? Алиса – это пламя, янтарное пламя. Способное обжечь, но стоит только к нему потянуться, открыться, и оно согреет тебя, словно самые теплые объятия. А я, я это я, как говорила одна моя хвостатая знакомая. Сам последнее время не понимаю, что я такое. Иногда, из глубин сознания, накатывает нечто странное. Такое, что в пору самого себя побаиваться.

Как там говорилось? Остановись мгновение, ты прекрасно. Не знаю, сколько времени я провел в ускорении, но меланхолия, давшая было о себе знать, потихоньку отпустила.

-Девчата. Как насчет прогулки на холм, к обсерватории? – весело сказал я. И правильно, малышки сейчас наслаждаются летом, не стоит переносить на них свои думы.
-Ура! Там и сверчков можно наловить! – загомонила мелкая, правда не уточняя, зачем они ей. Сомневаюсь, что Ульяна приверженка экзотической кухни. Те же жители, Новой Зеландии по-моему, жрали всё – что имело неосторожность при них пошевелиться.
-"А то, что не шевелилось, они шевелили, и жрали" – добавил шиза.
-Я бы с удовольствием, но мне ещё зарядку в спортзале вести – с таким искренним огорчением сказала Славя, что сомнений в её честности не оставалось. И как у неё так выходит?
-Эти лентяи и лентяйки, пробегут пару кругов, и уйдут спать, если их не проконтролировать! – и Славя, летящей походкой, удалилась в сторону спортзала. А я подумал, что многие, так называемые, лентяи, ходят на утреннюю разминку только для того, чтобы их "погоняла" светловолосая валькирия. И, положа руку на сердце, я их понимал…

-Прямо сейчас пойдем? – спросила Алиса.
-А что? Ты не хочешь? – расстроился я.
-Не то чтобы не хочу, но…Давайте вы без меня, а я догоню скоро, даже соскучиться не успеете.
-Ок, но смотри, мы с Доком будем тебя ждать – мелкая хитро прищурилась – а то, кто знааааает, что может произойти с бедной беззащитной девочкой,  наедине с мужчиной, вдруг у него на уме, какие-нибудь пошлости.
И Ульянка, говоря слово пошлости, так натурально прижала ладошки к подбородку, и наивно заморгала, что я прямо почувствовал себя угнетателем невинных.
-"Да она подкалывает!" – восхитился шиза, который любил разбавлять рутину будних дней чем угодно, лишь бы было не пресно.
-Я-я-я н-н-ни-очем таком и не думала! – покраснела Алиска, мда, шпион бы из неё не вышел, тело выдает её с потрохами – и, чуть ли не бегом, устремилась к корпусу.

Ну и ладненько, надеюсь она к нам действительно присоединится, не стоит на девочку давить, а пока...
-Итак, товарищ Ульяна! – став в стойку смирно, громко сказал я мелкой – ждать здесь, две минуты. Врага не подпускать! Стоять насмерть, и после!
-Есть гражнинначальник! – вытянулась в струнку мелкая, и даже честь отдала. Отсалютовав правой рукой.
-"Ха. Честь отдала. Звучит" – вот я так и знал, что шиза это прокомментирует.

Быстрым шагом, стараясь не особо гнать, я дошел до своего кабинета, открыл холодильник, и достал баночку варенья. Обещал же Ульяне сладкое, а я своим словом дорожу. Захватить складной ножик, ложку, сложить всё в большой бумажный пакет. Отлично. Теперь пункт два. Добравшись до столовой, где повара только-только начинали топить печи, я выменял пару пачек глицина, на пакет свежих, привезенных утром, сдобных булочек и бутылок чая. Их готовили не в лагере, и именно благодаря этому, булочки и чай сохраняли главный статус еды - "съедобно". Да и повара, легко шли на бартер, ценили они всякие травки которые я собирал, да витаминчики из личных запасов.
-"Наверняка, делают из них особо страшные яды!"
Ульяна, увидев меня издалека, заранее помахала рукой, типа не заблудись Док, тут она я. Хотя, народ в лагере, ещё большей частью спал, и не заметить, одиноко стоявшую в лучах солнышка девочку, мог только слепой. Так мы и пошли, вдвоем, по лестнице на холм.
-"По размеру скорее гора, а не холм, стоит заметить"
- Спасибо, внутренний зануда.
-"Обращайся"
Ближе к концу пути, мне стало тяжело дышать, всё-таки стоит заняться спортом, ну, когда-нибудь наверное… Ульяна же, порхала по каменным ступенькам, словно бабочка переросток. И, будучи на несколько ступенек впереди, задорно подбадривала меня, вот зараза.
-Давай Док, ты сможешь, все взрослые такие медленные.

О, ну всё малышка, сейчас ты познаешь, всю глубину моего коварства!
Выждав удобный момент, я прыгнул в заросли травы, что окружали лестницу как зеленое море, и сделал вид, будто накрыл руками кое-что.
-Вау. Смотри Ульяна, ты когда-нибудь видела такую ящерицу? – ни нотки фальши, я в деталях представил, что действительно поймал большую, зеленую ящерицу. И Ульянка, мигом подбежала посмотреть.
-Покажи! Покажи! Только аккуратно, убежит же! – наклонилась к моим ладоням рыжая.
Святая простота.
-Нееееет. Не успеет – я, молниеносным движением, поймал мелкую в охапку. И, повалив на траву начал беспощадно…щекотать.
Ульянка, заливалась хохотом, тонко и весело, совсем не обидевшись, что я её разыграл, смеялась так, что и мои губы невольно растянулись в усмешке. Защекотав мелкую до такой степени, что она могла только лежать, и тяжело ловить ртом воздух, я прекратил импровизированную экзекуцию.
-Ну ты и жук – с уважением протянула рыжая лежа на земле. Её стройный, загорелый животик, видный из под задравшейся в суматохе майки, и слегка мокрый от пота, двигался в такт учащенному дыханию.
-А ведь я ни на минуту не усомнилась! Артист ты, а не доктор!
Я отвесил шутливый поклон мелкой, и на этом, наш счет подначек на сегодня был один-один. Пусть так думает Ульянка, на самом деле, я только рад её приколам. Главное, чтобы она, не догадалась об этом, а то тормоза у мелкой, окончательно сорвет.
А вот и конец лестницы, аллилуя. Обсерватория закрыта, кругом ни души, бла-го-дать.

Надеюсь, скамейки успели высохнуть.