Глава 14: "как быть убитыми"

Увы, всвязи с падением моей активности на реакторе, с большой долей вероятности последующие главы выкладываться тут не будут. Все заинтересованные могут дальше следить за развитием событий на фикбуке вот тут.
Пы.Сы. переписал пролог и первую главу, поскольку спустя два года они стали выглядеть на фоне остального убого. Ознакомиться можно по ссылке выше, спасибо за внимание.
Пы.Пы.Сы. Запоздалая поздравляшка с новогодними праздниками, уже кое-где мелькавшая будет в комментах, чего добру поропадать.

 — Вы куда смотрели оба? — прошипела Алиса. За её спиной только грома и молний не хватало.
 — Алис, я это… — сестра едва открыла рот, но рыжая одним ёмким взглядом заставила её прикусить язык.
 — С тобой я всё ещё не разговариваю! — Рявкнула она и перекинулась на меня. — Вы оба безответственные мудаки. У неё же шило в… Какими идиотами надо вообще быть, чтоб её в одиночку в ночь отпускать?!
  «Укокошу самым жестоким образом» — читалось в пылающем взгляде Алисы. Смерть в мои планы на сегодня не входила, так что лучше Алисе не знать, чья это была идея – отправить Ульянку без конвоя. Коллективная ответственность всё-таки отличная штука – никто в полной мере в катастрофе не виноват, а на всех верёвки и фонарных столбов не хватит. Бойтесь собраний аукционеров и пролетарских партий! Надеюсь, Анна не выдаст.
 — Да, мы… я вообще-то… — Анна повторно предприняла попытку объясниться, но Алиса не обращая на это внимания, протолкнулась между нами, и зашлёпала незастёгнутыми сандалиями по бетонной брусчатке.
 — Ты куда? — окликнул я её.
 — За мелкой. Пока она лагерь на уши не поставила.
 Я взглянул на сестру – та театрально пожала плечами и последовала за ней.
 — Мы с тобой, — объявила Анна.
 — На хер.
 — Мелкую ловить.
 — Ты не поняла. Идите на хер.
 Это не дар предвидения, но у каждого хотя бы раз за мгновение до того как будущее станет прошлым возникало чувство — сейчас что-то будет.
 — А ну стой! — Сестра, сделав ещё шаг вслед за Двачевской, остановилась.  — Я тут раскаяние проявляю и ты не представляешь, каких усилий мне это стоит, так что не смей меня посылать! — она схватила Алису за рукав и попыталась развернуть её. — Мы идём с тобой и меня совершенно не колышит…
 Светлее от искр, посыпавшихся у Анны из глаз не стало.
 — Тпр-р-ру!  — я быстро вклинился между девчонками. Анна машинально схватилась за пострадавший нос и реши Алиса сейчас продолжить, ей определённо бы не поздоровилось. — Алис, это уже перебор!
 — Да что вы ко мне пристали? Психи, блин… — буркнула она под нос и зашагала прочь.
 — Знаешь, Анна ведь действительно извиниться хотела, а ты…
 Алиса дослушивать не собиралась.
 — Ну и чёрт с тобой! — сестра вернулась в строй, всё ещё держась за нос, хоть крови и не наблюдалось. — Пошли, Андрюх, сами мелкую изловим и в медпункт на опыты сдадим
 Она поправила очки и зашагала в противоположном от Алисы направлении. Недолго колеблясь, я присоединился к ней. В конце концов, примирение подружек сейчас казалось недостижимым. Уж точно не моими силами. А вот без меня сестрёнка вполне способна была устроить грандиозный шухер.

  Мы шли по дорожке, тянущейся через весь лагерь вдоль реки. По привычке я запустил руки в карманы штанов. В левом ожидаемо нашёлся медальон от часов. Решив проверить, не села ли батарейка, я вытащил их и зажал кнопку на торце. Девайс послушно высветил диодами четверть двенадцатого.  
С реки ощутимо веяло прохладой. Прямо как на набережной в родном городе. Конечно, эту бетонку набережной не назовёшь при всём желании, однако, на безрыбье и подлодка кит. В голове почему-то рисовалась картинка – вот пещерные люди массово мигрируют по этой тропе куда угодно, лишь бы оказаться подальше от приевшейся с её жарой и бананами Африки. Спустя много веков снова происходит массовое движение населения – великое переселение народов. Не буду врать – кто и куда переселялся вспомнить не удаётся – всплывают только смутные факты о Болгарии. Через пару столетий конница монголов бодро скачет на запад по своим делам, а ей навстречу по маршруту-дублёру великого шёлкового пути сеньор Марко Поло с отцом и дядей движется в сторону Китая. А затем приходят люди в строительных касках и закладывают колею от телеги Поло вместе с отпечатками копыт монгольских лошадей и первых человеков бетонными плитами…
 — Мда... Похоже, мы и в самом деле безответственные мудаки, — Анна выдернула меня из глубин истории обратно в двадцатый век.
 — Это она из-за Ульянки расстроилась, завтра успокоится – тогда и поговорим. Как нос?
 — Паршиво…
 — Ладно, очки целы, остальное переживёшь.
 — Ну, какие идеи? Как искать будем?
  Я пожал плечами и спрятал часы обратно в карман. Шедший вдоль противоположного берега электровоз подал сигнал. Не в моей компетенции знать – кому. С железной дорогой и её порядками я знаком только по игрушечному набору из Детского мира.
 — Заряда этого энерджайзера, и поезд угнать хватит. Или уйти в партизаны – землянку в лесу за ночь выкопает и начнёт мстить за убитых.
 — Каких убитых? Тебя в какую тайгу понесло?
 — Неважно, забудь.
 — Ладно, заново. Ты бы с чего сам начал?
 — С провианта. Столовую бы грабанул.
 — А-а, — сестра только отмахнулась, — там всё заперто.
 — И? Чисто статистически, Алису наша дверь остановила?
 — Чисто статистически – в войну единственного на весь Ленинград слона и того разбомбили.
 — Может, раз столовая всё равно рядом, заглянем? Для очистки совести.
 — Ну допустим, а потом куда?
 — Приоритет – территория лагеря. Даже если мелкая в лес убежала – в темноте искать бесполезно.
 Я свернул с дорожки и полез под небольшой уклон. Топать сто метров до цивилизованного подъёма и возвращаться обратно почти до самой площади было влом. В ответ на протянутую руку, Анна, наградив меня новой порцией презрения, сама шустро заскочила на пригорок. Окинув представшую панораму беглым взглядом, невольно вспомнились строчки про то что тиха украинская ночь и что-то там, и звёзды блещут.  Вокруг не было ни души – памятник пусть и имел человеческий облик, по всем признакам сознанием не обладал. В столовой загорелся и тут же потух свет.
 — Всё-таки столовая, — прокомментировала сестра и подалась вперёд. — Пошли!
 Подобравшись к крыльцу на полусогнутых, мы не без удивления обнаружили открытую настежь дверь. Я уже собирался войти, как был оттащен от косяка за шиворот.
 — Ну что?
 — Что-то тут не так, — прошипела сестра.
 — Думаешь, вожатая?
 — Возможно. 
 — Но что ей тут ночью делать?
 — Да мне-то откуда знать? Может с диеты сорвалась…
 Позади раздался удивлённый голос.
 — А вы почему не спите?
 Анна перевела взгляд на стоявшую за моей спиной Славю.
 — А ты, Косичкина? — прохладно осведомилась она.
 — Вообще-то Ясенева, — Славя замялась. — У нас тут ужин. Поздний.
 — У вас это у… — С осторожностью начал я допрос.
 — Вы их не знаете. — Славя вмиг посерьёзнела, как тогда на спортплощадке. Едва дело запахло керосином, наша улыбашка моментально приобрела некоторое сходство с вожатой. — Ольга Дмитриевна в курсе, что вы не в спите?
 — А о тебе и твоих приятелях? — парировала сестра.
 Славя отвела взгляд в сторону.
 — Ну вот и договорились, — довольно подытожил я. —  Этой встречи не было. Спокойной ночи. Пошли, Анна.
 — Нет, это так не работает, — Славя остановила нас, не сдвинувшись с места, — Вы что-то задумали.
 — Слушай, не суй нос в мои… наши дела! — огрызнулась сестра.
 — Славь, я тебе клянусь, что не задумываю ничего криминального, — вмешался я, — но рассказывать мы тебе и вправду ничего не можем.
 — Если в этом нет ничего такого, то зачем скрывать? — она не отступала. — Если никто не пострадает, я никому не скажу.
 — Что я говорил про тепловую смерть Вселенной?
 — Вселенная переживёт. Мы договоримся только так. 
 — Слушай, — сдался я, обращаясь к Анне, — давай расскажем, пока по-хорошему можно?
 — Да не собираюсь я её в свои планы впутывать! — взорвалась она. — Но раз тебе так хочется всё загубить — пожалуйста! Можешь хоть сразу по громкой связи объявить!
 — Славь, — начал я, набрав воздуха в грудь, — ты только без паники. Мы с рыжими сидели у нас в домике, а потом…
 — Ульянка вместо отбоя дёру дала, а мы искать, — сократила сестра. — В окно выскочила и след простыл…
 Славяна нахмурилась. Переменившись в лице, она окончательно стала более молодой, но такой же строгой копией Ольги Дмитриевны.
 — Ну-ка за мной, — произнесла она, нахмурив брови.
  У меня внутри что-то с грохотом ухнуло вниз. Всё, сейчас точно поведёт сдавать. Мысли в голове проносились одна хуже другой – сначала вожатая нас убьёт за сбежавшую по недосмотру козявку. Потом вызовет милицию и захочет оповестить родителей двух отбившихся от рук подростков, которых мы замещаем. И в лучшем случае, нам вкатят люлей и они. О худшем я старался не думать.
 Славя зашагала обратно в обеденный зал. Переглянувшись, мы послушно последовали за ней.
 — Ну, доволен? — процедила сквозь зубы Анна.
 — Она бы и так нас сдала, я-то что ещё мог предпринять?
 — Ульяна! За тобой...
 В центре зала, болтая ногами, Ульянка мурлыкала под нос песенку из мультика про львёнка и черепаху. Она сидела за столом, овещённым лучом карманного фонаря и методично выковыривала из булок изюм. Останки выпотрошенных булок лежали отдельной горкой напротив неё и выглядели как страшный сон пекаря. На блондинку мелкая не упорно не реагировала. Увлечённая своим занятием, ни меня, ни сестру она просто не замечала.
 — Ульяна!
 — Ну что-о-о… — протянула она, а обнаружив наше присутствие, медленно, глядя на нашу троицу, отложила булку и… нырнула под стол. Словно небольшая торпеда, Ульянка ежесекундно сокращала расстояние до выхода. В голове мелькнуло словосочетание «обманный манёвр» и ноги сами понесли меня в сторону ближайшего открытого окна. Резко затормозив в метре от меня, Улька метнулась было в сторону раздатка, шаркая сандалиями по кафелю, но время было безвозвратно утеряно. Схожая с моей идея посетила и сестру — просчитав пути к отступлению, она уже заблокировала выход в кухню. Славя тут же сориентировалась и захлопнула входную дверь. Смирение с ситуацией к Ульяне пришло немногим позже осознания безвыходности ситуации. Она ещё немного пометалась из стороны в сторону в поисках четвёртого пути для побега, но в итоге сдалась и, остановившись посреди разгромленной столовой, неровно заблеяла:
 — А-а я что? А я-а покушать хотела…
 — Враньё, — беспристрастно отрезала Анна, — конфет ты стащить хотела.
 И правда, из кармана шорт выглядывал бумажный пакет со сладостями. Пока Славяна выходила к нам пообщаться, кое-кто, как оказалось, далеко не булки потрошил.
 — Да это мои! Ты что?! Из дома! — мелкая отступила на шаг назад и как-то неестественно тряхнула головой, не то кивая, не то выражая несогласие.
 — Свои ты час тому как схомячила.
 — Ульяна, это правда? — спросила блондинка.
 — Ничего и не схомячила! — замотала головой Улька, зачем-то вытащив злополучный кулёк и теребя его в руках.
 — Сейчас разберёмся, — Славя, не отступая от роли ответственной взрослой. — Проследите за ней, — обратилась она к нам, — а я скоро буду.
 О-хо-хо. Тут нас всех и расстреляют. На немой вопрос «ты вообще думаешь, что несёшь?» лишь недоуменно пожала плечами. Ульянка тоже грядущей перспективе была не рада, что выражалось хотя бы в том, что она так и осталась стоять на прежнем месте, вцепившись в упаковочную бумагу. Надо было что-то делать. Первое правило нештатной ситуации — делай вид, что у тебя всё под контролем, особенно если это не так. Второе правило нештатной ситуации – СРОЧНО ВОЗЬМИ ПОД КОНТРОЛЬ ХОТЬ ЧТО-НИБУДЬ, А НЕ СТОЙ КАК ОБОЛТУС!
 — Славь, погоди! — окликнул я её, — Это её кулёк. Зуб даю!
 — Ты уверен?
 — Ну, честное пионерское.
 — Но Анна же сказала…
 — Нашла кому верить. Я тебя уверяю, её этот кулёк. Полный был, когда она в окошко сиганула. А Анька и не заметить могла
 — Тогда зачем наговаривать? — этот вопрос был адресован сестре.
 — А-а… м-м-м… назовём это негативной предвзятостью, — Анна пожала плечами. — Уже довелось понаблюдать за кое-чьими «подвигами». Ну и сделала индуктивный вывод…
 — Будь пожалуйста поосторожнее с такими выводами впредь, — настойчиво попросила Славя.
 — Ага. Всенепременно.

Атмосферу всеобщего согласия развеяла Ульянка, попытавшись незаметно, насколько это было возможно, находясь у всех на виду, утечь в произвольном направлении через более никем не контролируемое окно.
 — Куда с ногами? — Я едва успел схватить рецидивистку за лодыжку, когда та только вспорхнула на подоконник. — Дальше безобразничать намылилась?
 — Пусти! — взвизгнула та. — Я спать хочу!
 — Ну это ещё не повод рамы кедами пачкать! Вот тебе Славя, она тебя сейчас до дома и проводит… Ай! — А вот это было подло и в спину! По хребту пришлась чья-то ладноь. Хотя, почему — чья-то? — За что?!
 — Комар, — прокомментировала выходку сестра, — суицидально-безрассудный комар.
 Я завис. Что будет, когда Славя, отведя мелкую до хаты, не обнаружит там её соседку? Вот именно, болван! Последнюю фразу моё сознание озвучило голосом Анны.
 — Так. Я передумал, мелкая. Пускай Анька с тобой мучается. А мы тут приберёмся. — Я подмигнул морковке. Она мигнула в оба глаза и, не переменяя лица, едва заметно кивнула.
 — Кого стоим? Чего ждём? — Анна в своём репертуаре, ухватив за шкирку гиперактивную девчонку, повела её к выходу.
 — Эй, я и сама идти могу!
 — Дирижабль, ага. Без поводка теперь не пущу.
 Пока голоса сестры с Ульяной удаляясь, стихали, я принялся за дело. В первую голову предстояло прибраться после ночного пиршества. Славя уже где-то успела разжиться тряпками и тазом для отходов и принялась смахивать со стола то, что некогда было булочками с изюмом. Грамотно работает, однако – жрать булки было некогда, а вот распотрошить так, чтоб конечное количество не поддавалось подсчёту – за милую душу!
 — Сколько добра пропадает, — завёл я разговор, занявшись параллельно восстановлением статуса-кво в расстановке столов – малолетняя торпеда умудрилась разворотить ровный строй оных, пока пробивала себе путь на волю.
 — Да уж, не представляю, как её Алиса контролирует. — Ответила Славя, вздохнув. — Кстати, а почему её с вами не было?
 — А… Так мы разделились, — удалось даже не соврать.
 — Но вас же трое, — удивилась она, — Разве не удобней было бы искать поодиночке?
 — Мы тоже как раз собирались разделиться, но заметили свет в столовой. Ну и…
 — А если честно?
 — Похоже, что я вру?
 — Да. Питание на ночь перекрывается, света во всём здании нет. А у меня фонарик, — Славяна продемонстрировала мне динамо-фонарь – шумную штуковину системы «гашетку нажал – путь подсветил».
 Её заявление меня обескуражило. Возможно, это опять была Анна-2 — привлекала внимание непутёвых копий из прошлого, чтоб сэкономить нам время. Впрочем, нет. Чтобы Анна вмешивалась в прошлое – положение вещей должно быть катастрофическим, чтоб она решилась на такое. Хотя записки…
 — Андрей?
 — Так. Я опять завис? Едем дальше. Окна смотрели на площадь. Это кухня? — спросил я.
 — Кухня, — Славя подтвердила. А это важно?
 — Не знаю. Ты замечала что-нибудь странное, когда туда заходила? Ну там, может лежало что не на месте?
 — Нет, всё как обычно, — блондинка пожала плечами. В чём дело-то?
 — Говорю же, не знаю. Привидение шалит.
 — Привидений не бывает, — заявила Славя со знанием дела.
 — Это до тех пор, пока кто-нибудь первое пылесосом не поймает. И что-то мне совсем не хочется…
 На кухне что-то с металлическим грохотом приземлилось на кафельный пол. Мы замерли на месте. Повисла напряжённая тишина.
 — Это что было? — испуганно прошептала Славя.
 Ответить я не успел — на плитку с оглушающим звоном посыпалась новая партия кухонной утвари. Помню, как в следующие секунды перед глазами промелькнули дверь, крыльцо и площадь. Ноги как-то сами сориентировались и взяли курс на хату рыжих. Сердце стучало как бешеное, разгоняя кровь по организму. Только прибыв в пункт назначения и сбавив обороты я обнаружил, что всё это время сжимал в руке запястье Слави. Ещё секунды хватило на то, чтоб понять, что её можно уже и отпустить.
 — Цела?
 — Н-нормально… А ты?
 — Вроде порядок.
 Входная дверь скрипнула, в проёме возникла сестра.
 — Прежде чем я сделаю выводы, может, попытаешься объяснить, братец, — чеканила она каждое слово. — Зачем. Ты. Её. Привёл?
 — Вообще-то, — начала Славя, — у меня есть имя…
 — Шуш! — гаркнула на неё Анна и опять обратилась ко мне. — Итак?
 — Тебе какую версию — мистическую или среднестатистическую?
 Анна посмотрела на меня как на идиота.
 — Ну, давай поржём. Мистическую.
 — В столовой по ночам гуляет привидение, которому очень не нравятся кастрюли. Да, я знаю как это звучит.
 Сестра напряжённо вздохнула.
 — Или это были мыши, — кратко изложил второй вариант я.
 Анна, выпучив глаза, подавила смешок.
 — Ну допустим. И?
 — Ну мы и… побежали.
 — Что ж, как говорится за океаном, крутая история, брат. А теперь одной помощнице вожатой пора в постельку. Увидимся завтра на экзекуции. Что касается нас, мы ещё пошарахаемся немного и тоже – того. Спокойной ночи.
 — Я не договорила, — вмешалась вновь Славя. — я знаю про ссору и иду с вами искать Алису.
 Почуяв затылком ладонь сестры, я понял, что пригнувшись, спасся от бонусной затрещины.
 — Ты зачем ей разболтал, голова два уха?!
 — Андрей ни при чём, Анна. Мне ещё Ульяна рассказала про то, что в домике было. Во время поисков она была не с вами, хоть вы не планировали разделяться, а искать Ульяну она бросится первой. Значит, вы поссорились.
 — Ладно, — согласилась Анна, — что ж теперь бугуртить. Всё равно выбора у нас нет.
 — Первая здравая мысль за вечер, — прокомментировал я.
 — Заткнись.

 Ночью дыра в заборе выглядела ещё более симпатично – так и хотелось подрисовать флюоресцентным маркером два глаза над скалящейся обломками кирпичей пастью. Жаль, впечатление портит бочка из-под какого-нибудь мазута, которой дыра заставлена для прикрытия.
 Стойте. Это действительно необходимо? — осведомилась Славя. — В смысле — в лес?
 — Там привидений нет, решайся быстрей, — прорычала Анна в ответ.
 — Не в этом дело, туда же нельзя.
 — Иди ты? — делано удивилась сестра. — А мы-то и не знали.
 Оглядевшись по сторонам, она полезла в дыру.
 — Двачевская наверняка уже лагерь облазила, остаётся только лес, — пояснил я. — Ну, плюс Ульянка уже рвалась сюда вечером. за нами с Алисой увязалась, когда та из библиотеки ещё вытащила. Мы за Анной сюда ходили…
 — Я не поняла, — раздался голос сестры через прореху, — ты автобиографию там надиктовываешь?
 — Дамы вперёд — предложил я Славе.

***

 Как и ожидалось, по ту сторону забора было хоть глаз коли. В лагере редкий луч от фонарей, через раз да пробивался между ветвями деревьев. Однако, нас спасал Славин фонарик, но и от него было больше шума, чем света — динамо-машина лязгала при каждом удобном случае. Уйдя вглубь леса, мы для приличия чуток поорали, в надежде, что Двачевская услышит нас и инстинкт самосохранения подскажет ей, что не так уж она и обижена. Безрезультатно.
 — Славь?
 — Да? — откликнулась арийка.
 — Я одного никак не пойму.
 — Чего же?
 — Раз Ульянка тебе всё сама рассказала, зачем было нас допрашивать?
 — Ну-у…
 — Да просто всё, как пирог, Андрюш. — Анна ответила за Славю. — Проверку нам на вшивость устроили. Нет нам с тобой веры.
 — Ну почему же – нет? — возразила Славя. — Доверяй, но…
 —…но проверяй, — Анна закончила фразу, — У тебя чекистов в роду не водилось?
 — Нет. Только дедушка в Кёнигсберге посольство охранял. Ой, мамочки!
 Фонарь осветил здоровенную дыру — верхний слой земли обвалился вовнутрь, обнажив пустое пространство под собой. Вслед за жужжанием генератора прекратила светиться и лампочка.
 — Там что-то было, ещё светани! — Анна подалась чуть вперёд, — Ничерта не вижу! Дай сюда! Ах тыж…
 Одно неудачное движение и гравитация потянула нас всех вниз. Похоже, размеры полости были куда значительней. Мне при падении повезло крупнее всех – несмотря на полёт вниз кувырком, шею я так и не свернул.
 — Живые есть? — начал я опрос, слегка оклемавшись от кульбита. Попутно ощупав рёбра, я убедился, что могу дышать и не корчиться от боли.
 — Не дождёшься, — проворчала сестра, ей, видимо, тоже пришлось несладко.
 — Я в порядке, — отозвалась Славяна, — что это было?
 — Какой-нибудь карстовый провал или типа того. — пробормотала сестра, отряхиваясь. — Андрюха, сейчас наверх полезешь, затем нас подтягивай…
 — Не, не выйдет. Зацени потолок.
 Яма оказалась идеальной сферической формы за некоторыми издержками – земляной свод метрах в трёх над нами заканчивался той самой дырой, через которую мы сюда попали, плюс, как показало детальное исследование, чуть сбоку от места приземления была ещё одна дыра, ведущая в обитый тонколистовым металлом туннель.