Лагерь у моря 2. Часть 40

 Страничка на фикбуке. 

***



Опять это пространство! Двойственное чувство. Не могу окончательно решить, нравится мне тут или век бы его не видеть. Бесконечная реальность, где нет ничего, кроме темноты, мерцающих звезд и далеких туманностей. Одно лишь присутствие в этом месте заставляет человека в полной мере ощутить свою неполноценность. Чувство, будто ты всего в крошечном шаге от чего-то очень-очень важного. Протяни руку — и вот оно, стоит только захотеть всей душой, и обретешь нечто невероятное. Реальность дрогнула, звезды на миг моргнули. Напротив меня вдруг появилось нечто. Огромные змеиные кольца, настолько крепкие, что покрывающая их полупрозрачная чешуя больше походила на композитную танковую броню. Два багровых глаза повернулись, в их глубине плескалось очень странное чувство… Даже не злость. Нечто более глубокое, нечто, которое сидит в глубине разума каждого живого существа. Оно хочет поделиться этим. Глаза всё ближе, и вот точка зрения меняется. Я словно стал на несколько метров выше. Передо мной человек. Знакомый чело… СТОП! Это же я! Я вижу самого себя со стороны!


Ричард. Ущелье.



Чертовы кошмары нагло пытаются вернуться обратно. Почему, стоило покинуть убежище, как они начались вновь? После того как я постепенно осваивал силу аномалии, они на время притупились. Да, каждый второй сон был про полеты, но без шоковых состояний! Первая половина ночи прошла спокойно. Единственным, кто потревожил наш сон, был ёжик. Здоровенный такой ёжик, габаритами с молодого дикобраза. Он пофыркал, пошуршал лесной подстилкой возле стоянки, аппетитно похрустел в кустах выброшенными нами рыбьими косточками и был таков. Тепло спящей под моим боком кошки было таким приятным… Никак не могу привыкнуть, что это не сон, а настоящая реальность. Такая красивая, в чем-то наивная, девушка. Со мной! Приобняв её покрепче, так, что та удовлетворенно мурлыкнула сквозь сон, я собирался добить короткий остаток ночи крепким отдыхом, чтобы с первыми лучами солнца двинуться в путь, как случилось нечто непредвиденное. Что-то я перестаю любить экшен. Оставьте меня в покое!


Теплый воздух. Слишком теплый для сырой ночи. Глаза открылись мгновенно, и, судя по тому, что первое ими увиденное были вертикальные зрачки насторожившейся Юли, что-то явно не так. На самом краю поля зрения вдруг мелькнули резкие помехи. Да что это такое?! Как рябь на экране. Кажется, я даже видел буквы.

— Крики слышу, ниже по ущелью, — прошептала нека, двигая пушистыми ушками. Её теплое дыхание прошлось по коже приятным потоком. Девочка по-хозяйски коснулась ладонью моего плеча, вылезая из-под такого теплого одеяла и со стоном потягиваясь. От этого зрелища по животу пробежали сладкие колики, но я подавил желание приласкать котенка. В данный момент что-то явно не чисто в лесу.

— И треск деревьев тоже доносится, — добавила Саша, аккуратно расталкивая мирно посапывающую Славю, не обладавшую неко-ушками.


Даже мой слух далеко не ровня пушистым кошачьим локаторам, но и я, пусть обделенный такими совершенными рецепторами, кое-что да умею. Касаюсь пальцами земли, пробуждая способности аномалии, и одновременно перехожу на зрение охотника, не раз и не два выручавшее Кукулькана в ночных джунглях. Теперь этот невероятный талант служит мне, и очень даже исправно. Земля и правда вибрирует, а вдалеке носятся около тридцати сгустков энергии размером с человека, и один огромный, что порхает НАД деревьями. Приплыли. Смауг местного разлива. Пиздуй обратно в Средиземье, нафиг ты тут не нужен!


— Дракон? — смотрю на Сашу, наполовину вопросительно, наполовину утвердительно. Ну не голубь же там летает размером с грузовик, поливая землю пламенем?! Мелкая нека согласно кивнула, прижала ушки к голове и тихонько задрожала. Кошачий хвост стоял трубой, шерсть на нем и ушках торчала дыбом, видно, прошлые её встречи с крылатыми товарищами прошли не совсем гладко.

— Надо отсюда бежать, и срочно, — предложила Саша, бегло накидывая свой комбинезон, я успел мельком полюбоваться красивыми плечами и нежной шеей девочки. Юля уже была в полной готовности. Хвост трубой, грудь колесом, глаза в хищной форме. Ноздри молодой неки раздувались, жадно принюхиваясь к слабому ветру, да я и сам уже ощутил запах гари в воздухе, а не просто тепло.

— Что он делает, ты видишь, Ричард? — тихо задала вопрос Славя, проверяя заряд винтовки и смотря прямо мне в глаза. Зная её, больше чем уверен: говорить сейчас правду глупо, но…


— Нападает на отряд людей. Там десятка три, не меньше, — честно ответил я, не отводя взгляд от голубых озер, в которых отражалась луна. Даже животные — и те почуяли угрозу. Инстинкты — это вам не шутки. Птицы уже давно разлетелись прочь, мыши забились глубоко в норы, а искорки рыб и лягушек сверкали глубоко на дне реки. Каждый спасал свою шкуру, прятался в той стихии, в которой умел. В дополнение к моим словам, послышались звуки выстрелов и громкий, пробирающий до костей… РЁВ! Листья на деревьях задрожали, а с сосен посыпались сухие иголки.


— Тогда мы должны им помочь, — заключила командир, без раздумий делая шаг в сторону поля боя.

— Нет, Славя, не должны, — я положил руку на плечо девушки, останавливая самоубийцу. Дрожит. Она дрожит, но упорно идет вперед! Ну откуда в ней столько сострадания? Неизвестно, кто там. Может, дракоша просто чистит поверхность от всяких отбросов? — Мы не должны рисковать своими жизнями. Мы — никому — и ничего — не дол-жны.

— Он прав, — поддержала меня Саша, нервно дергая кончиком хвоста. — Не то чтобы я была законченной эгоисткой, как раз очень даже наоборот, но… В этой местности до самого Реликта нет ни одного мирного поселения, а единственное убежище мы не так давно покинули. Там наверняка бандиты. Нарвались на крылатого, пока искали, кого ограбить, или добывали сырьё для наркоты, это целиком и полностью их проблемы! Я довольно долго выживала на поверхности, с большинством людей тут дело лучше не иметь.


— И ты тоже так думаешь, Юля? — Славя повернулась к единственному члену команды, которая ещё не высказалась.

— Я? — нека вопросительно встопорщила ушки, двигая ими из стороны в сторону, девочка старалась уловить каждый шорох в ночи. Она помахала рукой, будто отгоняя от себя назойливое насекомое. — Мне всё равно, что там и с кем будет, но куда вы, туда и я. Потому что ВЫ мне не безразличны, а никак не какие-то бандиты.

— Но нельзя же просто взять и бросить их? — глаза блондинки подозрительно заблестели, а со стороны конфликта раздался звук взрыва. — И почему вы трое сошлись на мнении, что там именно рейдеры?!


— Очень даже можно. Ты собираешься рисковать жизнью ради тех, кто, вполне возможно, наш враг? — задаю вопрос, в корне не соглашаясь с логикой этой альтруистки. Повторюсь, очень даже можно забить на них. — Подумай очень хорошо, Славя. Этот мир куда более опасный, чем наш. Я не хочу рисковать своей жизнью (а на самом деле вашими, девочки).

Мелкая нека поддержала меня коротким кивком головы, переводя взгляд с блондинки на источник шума. Невооруженным взглядом было видно, как она разрывается между желанием поддержать Славяну, к которой весьма привязалась в бункере, и старым добрым здравым смыслом. Я ещё раз взглянул на происходящее глазами аномалии. Мелких сгустков стало в разы меньше. Дракон уже успел прикончить около пяти врагов. Как вообще можно нарваться на открытом пространстве на такого демона? Он же размером с дом, как они его прозевали? Перепутали с птичкой?!


— Этот мир полон жестокости, — Славя посмотрела на небо, где вовсю сияли звезды. — Если мы тоже поддадимся его философии, разве это будет правильно? Ричард, ты сможешь победить дракона? Или хотя бы отвлечь его, пока мы спасаем людей?

— Вот про это Док и говорил, — фыркнула Юля, подбираясь ко мне и явно пародируя тон своего старого знакомого. Хвостик неки задорно торчал вверх, а голосе — ни намека на страх. — Человеколюбие, неизлечимая стадия. Ну что, пойдем спасать чьи-то задницы?

— И почему я чувствую, что пожалею об этом?.. — глубоко вздохнув, смотрю на мелкую. Саша явно не горит желанием соваться в пекло (причем в самом прямом смысле этого слова!), но кивает, всем своим видом показывая, что бросать нас не будет. — Тогда я пойду вперед, а вы трое подождете здесь.


— И оставить тебя одного? — ушки Юлии поднялись вверх, хвост выписывал в воздухе замысловатые пируэты, а желтые глаза смотрели с укоризной. — Ты МОЯ добыча! А если этот плешивый ящер тебя сожрет? А?

— Идея принадлежит мне, так что мне и отдуваться, — вздохнула Славя, проверяя заряд винтовки. Искра не поскупилась, это оружие действительно нечто. Оптический прицел и дизайн, напоминающий старую добрую форму М-21, а в качестве боеприпасов — два вида снарядов: плазма-пушка — основа, и плазма-граната в подствольнике, если нужен массивный залп, чтобы прямо всё в клочья. При этом состоит из прочных полимеров. Притащим её домой целой и невредимой — аналитики будут целовать блондинке ноги. Хотя я бы тоже от кое-чего не отказа… тьфу! Гнать похотливые мысли! А тем временем она не унималась: — Мы можем помочь им. Тем более ТЫ. Помнишь же, чем больше сила, тем больше ответственность?


— Ну вот, пошли фразочки из «Человека-паука». Если кто спросит — я была против! — Саша закатила глаза, неодобрительно вздохнула и добавила: — Будьте готовы сразу делать ноги. В любой миг! Не думаю, что там бьются добрые самаритяне. Как говорится, делай добро и беги.

— Раз так, то пошли, — сказал я, делая глоток воды из фляги. Что ж, если смотреть на вещи хладнокровно, лишней информации никогда не бывает. Однако, в глубине души, всё же я искренне надеюсь, что они там перебьют друг друга, пока мы не доберемся.


***



Двигаться по ночному лесу бесшумно, словно призраки — о, неки это хорошо умели. Что Юля, что Саша, шли, не задевая ни один кустик, не наступая ни на одну сухую ветку. По сравнению с ними, я и Славя топали, как стадо слонов. Хотя, учитывая, какой ор и рев стоит впереди, мало кто расслышит тихий треск.

— Ничего не унюхать, серой и дымом воняет так, что глаза слезятся! — пожаловалась Юля, когда мы почти достигла цели. Внешне она была совершенно спокойна, кошку выдавал только задорный блеск в глазах.

— И не расслышать, — добавила Саша, прижимая пушистые локаторы к голове. Крики людей и рев дракона перемежались с колебанием земли и звуком ломающейся древесины. В отличии от Юли, она больше полагалась на слух, а хвостик нервно дрожал. Сама Александра двигалась пригнувшись. Стройные ножки пружинили, готовясь в любой момент спасать свою очаровательную хозяйку от опасности. — У меня сейчас уши в трубочку свернутся от этого грохота!


— К счастью, у нас есть и другой радар, — я сосредоточился. Миг — и ночь исчезает, я вижу всё — каждый листик, каждый кустик. Отсутствие цветового восприятия — небольшая цена за такое. — Большое красное облако, скорее всего, — дракон, сколько в нем энергии! И кучка мелких, семь осталось. Вы уверены, что стоит вмешаться? Командир, мы уже в одном шаге от поля боя!

— Да. Нам нужны те, кто знает, что сейчас творится на поверхности. Карты Искры и Семнадцатого — это хорошо, но живой «язык» нам нужнее, — сказала блондинка, наверняка свято веря, что убедила нас в своей корысти. Как бы не так — помочь им бежишь!

— Ладно. Поехали. Держитесь сзади. И ещё, Саша права! — киваю на мелкую неку, подобравшуюся перед решающим рывком. — Чуть что — даем деру так, чтобы гепарды от зависти дохли!


В авангарде крался я, дальше Юля, а Славяна и Саша прикрывали тыл. Первым, что встретило нас на поляне, был пикирующий ящер, размерами поменьше чем виверна, но был один нонсенс… Он, в отличии от прошлого противника, был не ранен! И летает очень шустро. Эдакий пикирующий домик с оскаленной пастью. Огромные, налитые кровью глаза с вертикальной щелочкой зрачков высматривали очередную жертву. На земле уже валялось несколько десятков обугленных человек. А кусты и деревья вокруг частично горели, наполняя воздух едким дымом.

— Неужели он… — начала было говорить Славя, заворожено глядя на переливы коричневой чешуи в сполохах пламени. В этот момент ящер повернул голову к ней и плюнул. Так и есть, натурально плюнул сгустком огня, напоминающим фаербол из компьютерных бродилок! И быть бы альтруистке поджаренной, но я среагировал мгновенно. Взмах руки — и резкий порыв ветра уносит её в кусты вместе с бросившейся спасать подругу Сашей. Шар пролетел несколько метров, и упал, расплескался по земле жидким напалмом. Страшная штука. Из кустов раздался конец фразы Слави, вместе с возмущенным мявом придавленной неки: — Огнедышащий…


— Простите! — на бегу извиняюсь перед товарищами. Не зная свойств атаки ящера, я не стал рисковать, и вместо того, чтобы сбить снаряд, сбил в кусты потенциальную мишень. Мишень, оказывается, умеет ругаться, надо же! Эх Славя, Славя… Так. Что мы имеем? Выжившие попрятались кто куда, и явно даже не пробуют отбиваться или убежать. Да и от летающей цели на пересеченной местности особо не побегаешь. На земле, возле поверженных людей, простой огнестрел, он навряд ли пробьет такую чешую. Тем временем дракон «грациозно» приземлился. Вес туши под несколько тонн такой, что почва под нашими ногами дрогнула, как от землетрясения (вот эти толчки-то мы и чувствовали)! Голова на длинной шее сделала бросок к ближайшему дереву, снимая цеплявшегося за ветки человека. Хруст костей резанул по ушам, вместе с оборвавшимся криком агонии. Дальше совсем странно, дракон выплюнул тело на траву и выдохнул на него поток пламени, испепеляя до состояния уголька. Зачем? И что это за странные буквы вокруг? Мелькание в воздухе…


— Человек! — прорычал ящер, чем поверг меня в настоящий ступор. Его челюсти и язык двигались, вполне воспроизводя человеческую речь! Да и отличия от виверны на лицо. В буквальном смысле. У этого товарища были и четыре лапы (переднюю левую он поджимал в кулак), и два крыла, размаху которых позавидовал бы пассажирский «Боинг», и мимика! Чешуя на морде выражала крайнюю степень раздражения. — Ещё один прислужник лживой суки! Сгори!


Живой! Огнедышащий! Летающий танк! Вот во что мы ввязались?! Дракон уперся лапами, отводя шею назад. Когти глубоко впились в землю, а пасть открылась гораздо шире, чем в первый раз. Реальность задрожала, и я на миг ощутил какой-то сюрреализм происходящего. Над титаническим ящером хаотичные буквы сложились в текст «Прожигатель пещер», с ползущей под ним шкалой заряда. Когда полоска почти заполнилась, мозг провел параллель текущего события, с интерфейсом каста из видеоигр и… Буквы с помехами исчезли мгновенно, так же резко как и появились.

Ветер, уноси мою жопу! Собираю энергию вокруг себя. За спиной потоки воздуха собираются в бушующие жгуты, развевая волосы и одежду, а затем… Одновременно с ударом ревущего пламени, крылья ветра подбрасывают меня вверх, уводя с линии прямой атаки. Это даже не огонь, как в фильмах про драконов, которые я смотрел словно вечность назад. Поток огня напоминал струю из газосварочного аппарата. Синее пламя под высоким давлением глубоко взрывало землю, а деревья — превращало в тлеющие спички. Неки и Славя пошли помогать пострадавшим и, слава богам, находились в другой стороне, не попадая под раздачу.


— Ты разговариваешь?! Что тебе надо от этих людей?! — мой удивленный крик перебивает треск огня и далекие возгласы. Зрачки дракона, смотрящего вверх прямо на меня, удивленно расширяются.

— Удивительно, — пророкотал крылатый монстр. С нижней челюсти упало на траву несколько горящих капель, оставшихся в пасти после огненного дыхания. — Червяк, отрастивший крылья. Ваша продавшаяся раса не смеет общаться со мной!

— Твою прабабку! — чтобы уйти от следующей напасти, мне пришлось сделать кульбит, которому позавидует и пилот истребителя. Дракон ударил, хлопнув крыльями, он направил ветер в мою сторону. Исполнив в воздухе что-то вроде мертвой петли, я создал ещё два крыла, чтобы увеличить маневренность, и заодно не пиздану… не упасть на землю! С дополнительной парой вихрей за спиной держаться в небе стало легче. Осмотрев пространство внизу глазами аномалии, я убедился, что девочки добрались до пострадавших, и тут же замер на месте как вкопанный. Вблизи было заметно, что среди искр энергии людей плавали грязно-серые сгустки, по несколько в каждом теле. Что-то не так.


— Стой! — Воздушной волной прыгаю влево, разминувшись с зубастой пастью, челюсти щелкнули у самой моей головы. Ещё один укус, и ещё один. Видимо, дышать огнем без остановки он не мог, вот и пустил в ход второе оружие. Так и гонялся за мной по лесу, ломая деревья, которые я огибал. Скорость монстр развивал приличную, и лишь благодаря куда большей маневренности я не стал его завтраком. Один раз он чуть не достал меня ударом хвоста, но удалось вовремя уйти за толстую сосну. — Да выслушай меня, скотина!

Дракон зашипел, когда я крутнулся прямо возле оскаленной морды, ударив его вихрем ветра, который служил мне хвостом. Воздушный жгут даже не поцарапал чешую, но пыл крылатому ощутимо охладил. Он сел на задние лапы, и спросил. — Ты кто, юркое создание? И почему мешаешь мне?

— Да ладно?! И почему же я мешаю тебе сожрать других людей? Дай подумать. Может, потому, что они со мной одного вида? — приближаться к говорящей мясорубке я не стал, благоразумно приземлившись возле стоящего неподалеку валуна. Крылья схлопывать не стал, и потоки ветра поднимали с замшелой скалы пыль и прочую сухую ветошь. Рассвет ещё не скоро, небо заволокло густыми тучами. Луна и звезды скрылись за пеленой непроглядных облаков, а на землю упали первые капли. Если бы не глаза Кукулькана, ориентироваться было бы ой как нелегко.


— Одного вида?! С ними?! Глупый мальчишка, — прошипел дракон, теряя ко мне всякий интерес. Взмахивая крыльями, он поднялся в воздух, и, разворачиваясь в сторону где скрылись мои подруги, прорычал, глядя высоко в черное небо. Зрачки его глаз сузились, а изо рта вырвался огненный всполох. — Если ты и твои спутницы не на их стороне… Боюсь, уже поздно.


Черт! Дракон наверняка знатно офигел, когда я пронесся прямо над ним с такой скоростью, что тот рефлекторно пригнулся. Страх. Страх за девочек! Он проникал в разум, заставляя сердце биться подобно пойманной в ловушку птице. Всё было нечисто с самого начала. Дыхание сбилось как после долгого бега, но я рассекал воздух со скоростью пушечного выстрела, рвал жилы, пока не поравнялся с поляной, на которой происходило нечто. От одного этого зрелища, на сердце сжались огненные тиски.

Славя и неки, стояли окруженные личностями самого отвратительного вида. Сальная, грязная кожа, свалявшиеся волосы, мятая одежда. Они направляли оружие на тех, кто наивно собирался им помочь. Разбойники жестами показывали блондинке бросить на пол оружие, рты их не открывались. Но самым страшным было другое — под землей двигались грязные сгустки тумана, такие же, как и те, что курсировали в телах людей. Они кишели под многометровым слоем почвы.

— Ричард! — Саша заметила меня первой. — Это не лю…


И тут случилось то, что будет сниться мне в кошмарах ещё долгие-долгие годы — земля задрожала. То тут, то там, она обрушивалась вниз целыми тоннами, открывая круглые проемы. Из темных глубин сотнями повалили пауки. Много пауков! Сотни, тысячи! Разного размера! Незнакомцы не обратили на них никакого внимания, да и твари не трогали этих людей. Все пауки до единого, как по команде, разом ринулись на девочек. Славя и Саша успели включить фонари, которые легко отогнали мелких паучков, снующих туда-сюда и превращающих ущелье в сплошной шевелящийся ковер. Как вдруг земля у них под ногами обрушилась, и девочки синхронно рухнули вниз, в шевелящееся месиво хитиновых лап и тел.

— Нет! — крик чуть не разорвал моё горло на части. Сложив крылья, я камнем рухнул вниз, и, коснувшись земли, буквально разорвал ближайших ко мне врагов ударом крыльев. Реактивные потоки воздуха заострились, разошлись в стороны, перемалывая пауков, отбрасывая в стороны. Я уже бросился в сторону пещеры, как инстинкты заставили пригнуться. Над головой пронесся заряд картечи. Подарок от одного из бандитов.

— Вы охренели, твари?! — никто мне не отвечал, все происходило в зловещем молчании. Без слов, без криков. Только шорох двигающихся паучьих лап и щелканье жвал, с которых стекала слизь. Я сделал вдох и пошатнулся. Тело немело, а перед глазами выскочил очередной глюк. «Вы отравлены: здоровье уменьшается, паралич».


Ноги подкосились, и я упал на колени, стиснув челюсти, упрямо опираясь одной рукой в землю. Передо мной мельтешила паучья мелюзга, над спинами которых воздух затуманивался, как над незажженной газовой конфоркой. Славя! Юля! Саша!

— Яд, значит, — пробубнил я онемевшими губами. Ко мне подошел один из людей, хотя называть их людьми — очень большая натяжка. Пустой взгляд, мутные, молочно-белые зрачки, подернутые густой пеленой. И самое главное — они же тоже дышат отравой, но ходят, как ни в чем не бывало! Он заносит приклад, метя мне в лицо. Девочки, держитесь.

Отбросить все пределы. Энергия собирается вокруг меня, воздух из последних сил бьет в спину атакующему, бросая на меня, а руки на автомате ломают ему шею. Хруст — и тело оседает на пол. Жадный рывок руки, хватающей холодное (!) горло разбойника — и крохи тумана беспощадно поглощаются. Враг сохнет и рассыпается кучкой праха. Сила струится по венам. Само естество жизни, крупица которого есть в каждом существе. Земля под ногами, ветер высоко в небесах, вода, что течет в полноводном потоке — все они наполняют меня частью своей первозданной мощи. Руки и ноги снова слушаются. Распрямляюсь, дергая плечами. Взмах почти невидимых крыльев рассеивает невидимую отраву. Тело такое легкое. Прыжок. На место, где я только что находился, опускается длинная, покрытая шипами и паутиной лапа. А вот и гиганты повылазили.

Не время медлить. От скорости решений и силы сейчас зависит не только моя жизнь…


«Разорви. Уничтожь. Сотри врага в порошок. Поглоти! Больше! Ещё!» Память древнего майя, когда-то ценившего семью дороже жизни, и потерявшего жену и дочь. Она кипела от ярости.


Шквал! Порывы шторма обрушились на ущелье, били вниз с ужасающей силой. Они расшвыривали пауков, как игрушки, переворачивая на спины даже самых огромных тварей. Нельзя дать им подняться! Сотни раз отточенные под присмотром Искорки движения, ещё там, в глубинах бункера сто двенадцать, ставшие смертоносным оружием. Взмах всё ещё дрожащей от газа руки — и напротив каждого пальца появляется небольшая капля вращающейся воды. Моя цель — перевернутые вверх тормашками монстры, шевелящие своими длинными лапами. Указываю рукой направление, и снаряды со свистом срываются вперед, под огромным давлением впиваясь в уязвимые брюшки. Фонтанчики зеленой крови взмывают в воздух, а крылья подбрасывают меня наверх, спасая от рушащейся под ногами почвы. Сейчас я чувствую каждый сантиметр почвы на километры вокруг — червяк не подползет, не то что тарантул с автомобиль размером. Тренировки плюс память прошлого носителя сделали меня тысячекратно сильнее. Пусть я и не могу стереть с лица земли небольшой городок, что играючи делал Кукулькан, но даже с ограничениями, даже будучи простым человеком, вполне опасен. Да ещё и помощь пришла, откуда не ждали.


— Горите, ползучие гады! — пророкотало небо, и из-за низко нависших туч молнией вынырнул разъяренный чешуйчатый демон. Дракон распахнул крылья, перешел в вираж, поливая жидким пламенем ущелье, он очерчивал ровный круг со мной в центре. Ветер всё не унимался, раздувая пожар сильнее и сильнее. Огонь! Пауки боятся его, вон как сваливают по норам! Яркие языки пламени напугали и меня, но было нечто гораздо более важное, чем банальный страх перед огнем.

— Куда! Жить надоело?! — огромная лапа перехватила меня прямо в прыжке к черному зеву пещеры. — Под землей ИХ место, даже мне там не выжить. Пауки уже далеко, направляются к своей мерзкой повелительнице. Не все двуногие продались, значит…


«А вот тут ты ошибаешься, ящерица, — раздался вдруг незнакомый голос. Очаровательный, мягкий, вкрадчивый женский шепот. От него по спине пробежали мурашки. Казалось, что его хозяйка наклонилась, шепча горячими губами прямо в ухо: — Мои малыши. Ещё. Здесь».


Опасность пришла снизу. Я успел увернуться, а вот ящер нет. Сначала показалось, что из-под земли наружу вылезли искривленные фонарные столбы. Ну, есть такие ЛЭП. Огромные, высотой далеко за десятки метров. Но это были лапы! Шевелящиеся паучьи лапы! С них с грохотом осыпалась влажная земля и камни. Взлетев вверх, я резко дал вправо, обстреляв конечности залпом водяных пуль. Бесполезно. Хитин оказался слишком толстым. Такими темпами я не управлюсь и за день.

Мои скромные размеры позволили проскочить роковой захват, а вот дракон оказался скован, однако без борьбы он сдаваться явно не планировал. Гибкая шея повернула голову к врагу, открылась пасть, и по морде вынырнувшего из земли гигантского тарантула ударила струя синего огня под высоким давлением, превращая морду с восемью глазами в тлеющий уголь. Звук был отвратителен. Треск горящего хитина и шипение поджаривающейся плоти.

Лапы отпустили нежданного союзника, и я уже было подумал, что он выкарабкается, но в последний момент, в последнюю предсмертную конвульсию, паук-монстр нанес прощальный удар. Выскочившее из-под брюшка метровое жало вонзилось в грудь дракона. Удар был настолько мощным, что пронзил бронированную чешую, сминая, как снаряд черепицу.


— Тварь! — ящер оттолкнулся лапами от умирающего противника, разрывая дистанцию. Из кончика жала, наружу продолжал выплескиваться яд. Конвульсивно. Одна струя зеленоватой жидкости, исходящей паром, за другой. — Достал всё же.

Мы серьезно недооценили врага. Полный разгром. Семнадцатый столкнулся с роем, но в нем не было ТАКОГО монстра. Из-за горизонта постепенно поднималось солнце. Свет прогнал всех тварей с поверхности. И когда последняя волосатая лапа скрылась в пещере… Надо идти за девчатами, даже если это будет последнее, что я сделаю в жизни! Лучше помру, чем брошу тех ком не дорог. Но пока надо сделать ещё одну вещь.

— Ты как? — задал я «гениальный» вопрос неподвижно лежащему на земле дракону. Издалека его вполне можно принять за причудливый холм.

— А ты забавный. Не думал, что ещё остались такие люди, — рыкнул зверь, издав что-то похожее на смешок. А потом закашлялся. При этом из пасти вылетали крупные красные брызги. Жало пробило даже легкое, и, судя по тому как скукоживается трава и плавится камень в месте, куда пролился яд, он, кхм… не очень полезен для здоровья. Хвост ящера мстительно хлестнул по трупу паука, ломая дымящуюся, тлеющую изнутри голову. Ну и запах стоит в воздухе! Тошнотворный.


— Разве вы нас не едите? Почему ты помог мне, и как Я могу помочь тебе? — спросил я в лоб. Нет времени на долгие разговоры. Зрение охотника не видит под землей ничего живого, значит, девочек уже утащили, и утащили далеко. О худшем варианте я старался не думать. Не спасет даже невидимость Юли. Пауки — это звери. Пусть эти и с зачатками разума, но видеть её могут.

— Помог? Просто так совпало, что у нас общий враг. А что до еды — не все драконы любят есть человечину. Фу, людское мясо… — брезгливо фыркнул ящер, высовывая язык, и дергая кончиком хвоста, он складывал крылья, накрывая дрожащее от боли тело. Из раны, оставленной ядовитым гигантом, на землю сочилась алая жидкость. Видимо, в кислотном яде паука был ещё и сильный антиагрегант, мешающий остановке кровотечения. Логично: это мелкая живность убивает нейротоксинами, такое же колоссальное чудовище, по размерам даже превосходящее крылатого ящера, просто впрыскивает внутрь жертвы растворитель, высасывая её потом, как коктейль. — Слушай, человек. Мне недолго осталось. После жала паука-колосса… не выживают. Не знаю, кто ты, откуда обладаешь такой силой, и почему не слышал про этих мерзких тварей… Люди. Они уже давно продались хозяйке пауков. Её глаза и уши повсюду, там, где нет света солнца и луны, мир принадлежит ей. Мы пытались очистить этот мир от её поганого потомства, но пауков слишком много, к тому же, часть из нас тоже перешла на сторону велеречивой суки. Не верь ей. Она… Как же больно…

— Тише. Тише, — я положил руку на блестящую чешую. На спине она была покрыта шипами, и напоминала крепостью черепаший панцирь, а вот по бокам оказалась не менее прочной, но более гладкой. Достав из сумки стимулятор, я помахал им перед глазами ящера, заметив как тот втягивает воздух носом. — Может это поможет?


— Откуда?! — глаза дракона расширились, стремясь вылезти из орбит. — Кровь обезумевшего собрата, потерявшего как крылья, так и разум. Нет. Очень жаль. Человека она спасет, а вот дракона — никогда. Не хочу стать такой же безумной тварью, как её источник. Возьми. Они ещё живы… Твои спутницы… Наверняка… Повелительница любит смаковать девушек, без разницы, какого они вида… Ей нужны… живые инкубаторы.

–Где она, кто она? И… как её убить? — Рука на шприце сама собой сжалась в побелевший кулак. К счастью, корпус инъектора оказался крепким и уберег драгоценное лекарство. Вокруг занимались пламенем тела пауков. Они удивительно хорошо горели, оставляя после себя лишь пепел. Или это драконий огонь какой-то особенный? Да и лес нескоро оклемается от пожара. Двойственное чувство. Пламя и пугает, и манит, обещая покой. Перед глазами проплывают отрывки жизни охотника. Вот он сидит возле костра, ореол его света и тепла держит ночных хищников на расстоянии, а вот он возле пепелища, оставшегося на месте родного дома.


— Убить? Это вряд ли. Храбрая ты мелочь, — дракон оскалился, протягивая ко мне левую лапу и разжимая кулак. Машинально я отметил, что у него есть противостоящий большой палец, совсем как у человека. Его конечности напоминали кисти людей, а не лапы рептилии. — Возьми. Видел, как ты поглощаешь энергию. Совсем как дракон. Это души её проклятых слуг. Оскверненные люди, пауки, звери. Все они сгорели, отдавая камню своё естество. Мерзкая, но тем не менее, сила.

— Спасибо, — я держал в ладонях кристалл размером с теннисный мяч, глядя прямо в вертикальные зрачки дракона. На ум тут же пришли похожие, только с ярко-желтой радужкой. Сердце сжалось от боли. Далеко не от физической.

Я отвернулся, не в силах смотреть, как могучий зверь испускает последний вздох. Как обманчива порой жизнь! Мы могли не прийти на помощь, и дракон спокойно сжег бы бандитов, каким-то образом действующих вместе с пауками. Странно даже не это, в мире всегда хватает беспринципной мрази. Откуда в их телах такая же материя, как и у пауков? Ведь яд, парализовавший меня, они даже не чувствовали. Дышали свободно. Кстати, о дыхании…

— Прощальный подарок, козявка. Передай его Ехидне, — дракон за спиной втягивал в легкие воздух, раздуваясь, подобно кузнечным мехам.

— Твою ж прабабушку! — я обернулся, чтобы столкнуться лицом с огромным потоком золотистого огня.