Трио Дроу #24, Флаффи #18 — Досычевался
Больше не отшельник
После их встречи, когда Белый Отшельник Белад Бонседуил сказал, что предоставит убежище племяннице Хастура Хромого и её семье, рыжеволосый эльф покинул остров, чтобы отнести добрые вести Наэмаэ и беженцам.
Снова оставшись один в своей мастерской, Белад улыбнулся, возобновляя работу над мечом: хорошо, что Хастур достиг цели своей жизни!
Теперь он лишь надеялся, что хромой ублюдок не впадёт в депрессию и не заскучает, не зная, чем заняться...
Действительно, этот меч был готов, подумал Белый Отшельник, и он прислонил его к стене...
Теперь ему нужно было подготовить жильё для прибывающих беженцев-Диких Эльфов, так как маленькая хижина Хастура за его домом явно была недостаточной... а у него уже были эти три дроу в качестве неожиданных гостей...
Сколько кроватей понадобится беженцам? Теперь, когда он об этом подумал, Хастур так и не сказал, сколько их*... *(пп: хз почему Шабазик так тут написал, Хастур ведь говорил)
Погоди-ка
Почему что-то не так?
Хастур не сказал, сколько придёт... может, он правда ошибся... но почему они не могут пойти в эльфийские земли?
Почему вдруг история племянницы Хастура звучит так, будто он её уже слышал?
Не может быть
Рабы в дварфийском караване. Освобождены. Атакованная деревня.
Может быть... Я имею в виду, Хастур может быть ублюдком, но у него были некоторые критерии... я надеюсь
Но слишком много совпадений между историей Наэмаэ, рассказанной Хастуром, и историей Флаффи, рассказанной дроу!
Разве Хастур не ушёл из болота с Алишей, чтобы проверить какие-то безумные слухи о новой эльфийке, рождённой Орчьей Королевой?
...
Ч Ё Р Т
______________________________________
На следующее утро, ближе к тому времени, когда нужно было ложиться спать, поскольку комфортная ночь уходила, Ивойн хромала по острову на костылях... Из книг, которые она читала от скуки, она узнала о некоторых птицах и цветах болота и хотела увидеть их до того, как солнце и свет вызовут у неё головную боль, когда заметила что-то приближающееся к острову Отшельника.
Вскоре она радостно вскрикнула, хромая так быстро, как могла, к причалу:
В доме Белого Отшельника Мильваис и Квилинта удивлённо переглянулись.
— Это была Ивойн? Почему она кричала? — спросила Мильваис у Квилинты, немного беспокоясь, что Ивойн снова влипла в неприятности... — Если она сломала другую ногу, тем лучше. Так она научится оставаться спокойной вместо того, чтобы прыгать вокруг и калечить свою раненую ногу! — сказала она, не вкладывая в слова настоящего смысла.
— Нет... Кажется, она крикнула что-то... имя?
— Флаффи, — сказал Белый Отшельник с глубокой досадой... этот хромой ублюдок! — Она крикнула Флаффи.
_____________________________________
— Дом хоррроший, но, может, злишком маленький, — сказал Матаэльфо, избегая снова удариться головой о балки крыши.
Ивойн обняла Флаффи, которая была так же счастлива, как и дроу, найдя всех их выжившими после налёта Орко-убийц, когда каждая сторона считала другую погибшей.
— Теперь мы снова вместе, — сказала Ивойн. — И ты привела компанию!
Хастур вскрикнул, почувствовав, как его хватают за зад.
— Не расскажешь ли ты мне, откуда эти чёрные эльфийки, живущие В ТВОЁМ ДОМЕ? — сказала Алиша с улыбкой — ухмылкой — которая изменила выражение её лица, сделав его похожим на хищника.
— Это не мой дом! И я их не знаю! — запротестовал Хастур.
— Смотрите! У него борода как у козы! Козий эльф! Козий эльф! — радостно сказали орчата хором.
— Можно мне заплести твои волосы? — сказала одна из девочек-орков.
Квилинта вздохнула.
Белый Отшельник вздохнул.
Хуже всего было то, что в хижине Хастура и снаружи находились ещё ДЕВЯТЬ орков.
— Хватит, — сказал он. — Я ждал караваны, но хватит.
— А? — сказала Мильваис.
— Мы уходим СЕЙЧАС. К чёрту караваны, — сказал старый Высший Эльф, пока орчата играли с его бородой и волосами.
Пока, Флаффи
Это была радостная встреча для дроу и Флаффи, когда они снова увиделись... однако тихая обитель Белада Бонседуила — Белого Отшельника — теперь стала лагерем орчьих беженцев, так что больше не было ни минуты покоя...
И вот, пока орчата смеялись и бегали по маленькому островку в болоте, топча всё ногами и трогая всё любопытными руками, раздражённый старый Высший Эльф внезапно решил, что дроу пора уходить домой.
И не только! Он пойдёт с ними... Надеясь, что когда он вернётся, проблема перенаселения орками будет решена тем, кто её и создал!
Не желая ждать сезона караванов — я ухожу сейчас, или закончу нервным срывом и кого-нибудь убью — он решил, что они отправятся на лодках на юго-запад, по Великой Реке, к Саадонсам, где был блазаховский колониальный форт и фактория, где наверняка найдётся корабль, плывущий в Заннас или любой другой порт Карица.
Пока орчата играли вокруг, старшие сели есть припасы Белого Отшельника, Флаффи бегала повсюду, чтобы готовить и присматривать за орками, Хастур и Алиша ссорились друг с другом и с орками, Белый Отшельник учил Мильваис и Квилинту грести и управлять лодкой.
Наконец — и не так быстро, как надеялся Белый Отшельник — настал день, когда дроу и старый эльф должны были покинуть маленький островок в болоте.
Пока припасы и одежда грузились, и прощания были сказаны, Флаффи, которую нигде не было видно, прибежала из хижины, которую её муж Матаэльфо построил для них из листьев и ветвей.
— Я думала, ты не придёшь попрощаться! — сказала Мильваис с улыбкой, загружая в лодку свёрток хлеба.
— Я делала маленький подарок, — ответила эльфийка с улыбкой.
Затем она повернулась к Хастуру, который был под орчьей кучей детей. — Спасибо, что присматриваешь за детьми, дядя!
Хастур лишь проворчал, пока девочка-орк обнимала его голову.
Флаффи обняла Квилинту, Мильваис и Ивойн, вручая каждой маленький свёрток из листьев, который дроу развернули.
— Маленький пустяк, — сказала она. — ...но я надеюсь, вам троим понравится!
— Клянусь Негеэ! — воскликнула Квилинта. — Чулки?
— Прости, что не смогла сделать ничего лучше... Я слышала, это было для вас важно, так что...
— Ты лучшая! — сказала Мильваис.
Снова, с благодарностью, дроу обняли ту, что когда-то была просто ещё одной рабыней Торговой Компании Стоуна Вралла и Сына, как и они сами, но стала им как сестра... розовая, златовласая, поверхностная сестра, но это не имеет значения.
Флаффи дала им также сандалии, которые она сделала: — Чтобы чулко-штуки не портились так быстро.
Дроу быстро сбросили штаны, чтобы примерить чулки и сандалии, сделанные их подругой, удивляясь, как у неё нашлось на это время.
— Мы уходим или нет??! — нетерпеливо сказал Белый Отшельник, уже в лодке.
Ивойн, хромая, подошла к Флаффи, пока другие дроу направились к двум маленьким лодкам, и сказала Дикой Эльфийке:
— Псс!
— Ммм?
— Наклонись немного.
Флаффи улыбнулась, и когда она наклонилась, Ивойн встала на цыпочки на своей единственной здоровой ноге и поцеловала Флаффи в губы.
Флаффи не ожидала этого и была ещё больше удивлена, когда почувствовала язык дроу.
— Угх?!! — пробормотала она, ошеломлённая.
— Я бы устроила тебе настоящее дроуское прощание — вместе с твоим мужем — но, право, времени нет, — оправдалась Ивойн, поворачиваясь к лодкам.
Она сделала два шага на костылях, прежде чем снова повернуться к Флаффи.
— Раз уж я упомянула «настоящее дроуское прощание» и всё такое, мне стало интересно.
— А?
— Как вы с мужем-орком это делаете?
— Делаем что? — спросила Флаффи с улыбкой, не понимая сначала... — ОЙ! — сказала она и, оглянувшись на орчат — которые не сводили с неё глаз с момента «дроуского поцелуя» — сказала игривым тоном: — С любовью... и йогой!
Две лодки отплыли, пока солнце садилось на горизонте...
Спуск по Шаа
— Меня тощнииит, — запротестовала Ивойн. — Слишком жарко. Слишком много света. И слишком много комаров. И мне надоело сидеть в лодке.
Белый Отшельник не ответил, молча гребя, пока вдалеке пела свою песню тропическая птица.
— Даже когда мы пристанем к берегу, тебе следует вести себя тихо, иначе эта нога никогда не заживёт, — сказал он после нескольких минут молчания.
Ивойн вздохнула. Лодки были такими маленькими и скучными!
Если бы она могла быть в другой лодке, с Мильваис и Квилинтой, наверняка они могли бы придумать что-нибудь забавное, подумала она, лёжа вдоль лодки, свесив руки в воду.
Но старый эльф был против:
— Я только что научил их управлять лодкой, прежде чем ты начала играть в скидывание вас троих в воду!
— Оуууу.
Прошла долгая ночь и долгое утро с тех пор, как они покинули остров Отшельника: даже с его плохим зрением в темноте Белад Бонседуил — Белый Отшельник — с мастерством вёл их через болото, пока они наконец не вернулись к великой реке, но вдали от сильного течения, которое унесло трёх дроу от орчьего поселения к болоту.
Сначала это было довольно захватывающим и новым опытом — плыть на лодке... но часы спустя это стало скучным. Ивойн снова вздохнула.
Старый Высший Эльф сказал, что быстрейший путь назад в Негеэмилиэль — спуститься по большой реке, которая называлась Шаа, пересекая великое болото, известное как Шаа или Саадонс, к Океану.
Океан. Ещё одна вещь, которую она не могла себе представить, подумала Ивойн, ворочаясь в лодке. Там они направятся к торговому форпосту блазаховского халифата, где, как они надеялись, смогут сесть на корабль до Вольного Города Заннас или любого города в море Кариц — как только они там окажутся, будет легко найти любой торговый путь в Негеэмилиэль.
Корабль. Как это? Отшельник сказал, что это как большая лодка в более широкой — бесконечной! — реке, которая и есть океан.
Ей не нравилась эта идея.
— Скууууучно, — снова запротестовала она, играя руками в течении Шаа.
Порт Кумаради
— Глупые комары, — сказала Мильваис, отмахиваясь рукой в самом сердце тропических джунглей Саадонса.
Белый Отшельник улыбнулся, пока они заканчивали прятать две лодки среди деревьев.
— Вам повезло, что вы эльфы... ну... тёмные эльфы, но всё же эльфы. Вам нужно беспокоиться только об укусах, а не о болезнях, которые они переносят.
Они находились в дельте великой реки Шаа, или, точнее, в нездоровом болоте, в которое превращалась река, где мало кто отваживался бывать...
Без причины, по крайней мере. И прибыль была достаточной причиной для торговцев Халифата Оранжевого Солнца Блазахова, чтобы разместить там укреплённую факторию в болоте.
Маленький порт, кишащий ужасными тропическими болезнями, которые поражали торговцев-канов и людей, как только они прибывали, ежегодно собирая смертельную дань.
Однако укреплённый порт Кумаради находился в стратегическом положении для торговли с дикими эльфами Ночного леса Софокс и Вибoрг, внушающими страх Воллумис, а также с дварфами и человеческими королевствами Сьерра-Зул: река Саа также была отличным маршрутом для контактов, торговли — и, возможно, отправки экспедиционных сил — к равнинам Антора или даже для достижения великого озера Жер и колоний Высших Эльфов... хотя местная торговля вне сезона караванов обычно была минимальной и сводилась к нескольким охотникам и собирателям, да одному-другому поселенцу или безумному отшельнику, живущему в одиночестве в болотах.
Такова была судьба трёх дроу и Белого Отшельника, которые увидели через залив: маленький, второстепенный, но стратегический затерянный форпост всепроникающей руки Халифата Блазахова, где старый Высший Эльф надеялся, что они смогут сесть на один из кораблей, следующих на север, к морю Кариц, и с некоторой надеждой — рядом с маршрутом в Подземный мир и к Негеэмилиэль.
Белый Отшельник достал из свёртка человеческую одежду и, надевая её, велел дроу оставаться там, спрятавшись в джунглях, пока он сходит в город, чтобы продать товары, которые вёз с собой вниз по реке, надеясь получить столь необходимые наличные, чтобы купить место на любом корабле, идущем на север.
Когда Высший Эльф — замаскированный под человека с ушами, спрятанными под тюрбаном, и кожей, затемнённой грязью — ушёл, три дроу посмотрели на манящие изумрудные и прозрачные воды океана.
— Разве мы не можем искупаться? — сказал Ивойн, уже играя среди лиан.
— Он сказал, что нам следует избегать того, чтобы нас увидели, — сказала Квилинта... Она слышала от Высшего Эльфа в одну из ночей трёхнедельного путешествия между островом Отшельника и Кумаради, что там также процветает работорговля, и ей хватило рабства на всю жизнь.
— Я хочу пить, я наберу немного воды, — решительно сказала Мильваис.
Со всей скрытностью, на которую способна дроу, она подошла к океану, наполняя флягу изумрудной водой.
Быстро она вернулась в тень деревьев.
— Воды? — предложила она подругам.
— Нет, спасибо, — ответили они.
Тогда Мильваис сделала большой глоток из фляги, прежде чем выражение её лица изменилось.
— Что? — спросила Квилинта, пока Мильваис начала выплёвывать всю воду.
— Она солёная! — сказала она, шокированная, между одним плевком и другим...
-9485129.png)
-9485130.png)
-9485131.png)
-9485132.png)
-9481630.png)
-9481631.png)
-9481632.png)
-9481633.png)
-9481634.png)
-Aiers-(setting)-Shabazik-9479939.png)
-Aiers-(setting)-Shabazik-9479940.png)
-Aiers-(setting)-Shabazik-9479941.png)
-Aiers-(setting)-Shabazik-9479942.png)
-Aiers-(setting)-Shabazik-9479943.png)
-9473732.png)
-9473733.png)
-9473734.png)
-9473735.png)








-9472601.png)
-9472602.png)
-9472603.png)
-9472604.png)
-9472605.png)
-9471681.png)
-9471682.png)
-9471683.png)
-9471684.png)
-9470338.png)
-9470339.png)
-9470340.png)
-9470341.png)
-9470007.png)
-9470008.png)
-9470009.png)
-9470010.png)
-9470011.png)